Санкции без пакета: ЕС ищет более быстрый способ давить на Россию?

Европейский союз в июле оказался в сложной ситуации: новый пакет санкций против России не был согласован даже к моменту, когда истекал срок действия одного из ключевых элементов прежних ограничений - потолка цены на российскую нефть. Новые санкции были приняты только через неделю - после тяжелых переговоров и ряда уступок отдельным государствам.

Как сообщает европейское бюро Report, ситуация вновь заставила в ЕС задуматься о том, насколько эффективна нынешняя модель санкционной политики.

До сих пор Брюссель каждые несколько месяцев готовил новый, более масштабный пакет, а затем пытался добиться его единогласного одобрения всеми 27 странами.

Теперь в европейских институциях и дипломатических кругах возникает другой вопрос: не стоит ли использовать более гибкий механизм - вводить отдельные санкции против конкретных компаний, отраслей, судов и физических лиц, не дожидаясь формирования очередного большого пакета?

Пока Европейская комиссия не говорит о готовящейся смене подхода. Но последние события показывают, почему такая дискуссия становится все более актуальной.

Неделя, которая показала проблему

21-й пакет должен был быть принят к середине июля, но переговоры зашли в тупик.

Греция добивалась исключений для перевозчиков российского сжиженного природного газа, Болгария выступала против включения в санкционный список патриарха Кирилла и владельца Lukoil Вагита Алекперова, а ряд других стран сопротивлялись отдельным торговым и визовым ограничениям.

В результате первоначальные предложения пришлось корректировать, чтобы получить согласие всех государств-членов. Решение удалось принять только через неделю.

Именно поэтому сторонники более гибкой стратегии указывают: вместо того, чтобы одна страна могла затормозить весь пакет из-за спорного пункта, такие вопросы потенциально можно было бы выносить в отдельные решения.

Чем больше пакет, тем сложнее его принять

21-й пакет стал очередным крупным расширением санкционного режима. Он добавил 218 физических и юридических лиц, расширил ограничения против российских банков и криптовалютных структур, усилил меры против теневого флота и российского энергетического сектора.

В первые годы войны логика была понятной: каждый новый пакет должен был охватывать очередной сектор российской экономики и быть жестче предыдущего. Но пространство для такого расширения постепенно сокращается.

Большинство крупных отраслей российской экономики уже так или иначе охвачено ограничениями. Поэтому новые меры все чаще касаются конкретных компаний, банков, судов, посредников и схем обхода санкций.

Чем более точечными становятся новые ограничения, тем меньше необходимости объединять их в один большой политический пакет.

От санкционного пакета - к списку

Аргументы в пользу нового подхода выглядят так: если выявлено новое судно российского теневого флота, компания-посредник или финансовая структура, помогающая обходить санкции, зачем ждать следующего большого пакета? Их можно было бы добавлять в существующий санкционный режим отдельными решениями.

ЕС уже использует подобный подход. Периодически в списки добавляются вновь выявленные суда теневого флота, а также компании и финансовые структуры, связанные с обходом действующих ограничений, принимаются санкции против военных и гражданских лиц.

В этом смысле санкционная политика могла бы постепенно превратиться из серии крупных "пакетов" в постоянно обновляемую систему списков, позволяющую быстрее реагировать на новые схемы обхода ограничений.

При этом крупные пакеты могли бы сохранить роль инструмента для стратегических решений, например, когда ЕС хочет изменить правила для целого сектора.

Комиссия пока не подтверждают смены тактики

В Европейской комиссии пока не подтверждают, что такой переход готовится.

Представитель комиссии в неофициальной беседе с Report отметил, что ему неизвестно о решении менять нынешний подход.

По словам собеседника, пакеты и секторальные санкции показали свою эффективность. Кроме того, даже отдельные санкционные решения во многих случаях требуют единогласного одобрения всех 27 стран ЕС.

Это означает, что переход от крупных пакетов к отдельным решениям сам по себе не устранит главную политическую проблему - необходимость согласия всех государств-членов. Однако он потенциально может позволить не связывать в одном документе сразу несколько спорных вопросов.

Каллас говорит не столько о пакете, сколько о списке

На этом фоне особенно интересно последнее заявление главы европейской дипломатии Каи Каллас.

В интервью немецкой Welt она заявила, что осенью представит "самый масштабный" санкционный список с начала войны. По ее словам, после его принятия количество находящихся под санкциями российских физических лиц, компаний и организаций увеличится примерно на треть. Их общее число уже приближается к трем тысячам.

Каллас не стала говорить о новом пакете, отвечая на вопрос о нем, а сделала акцент именно на списке.

Это пока не означает изменения процедуры, но сама формулировка показательна.

Возможно, в конечном итоге Брюссель выберет промежуточный вариант: большие пакеты останутся инструментом для крупных политических решений, тогда как отдельные санкционные списки будут использоваться для более быстрого закрытия новых каналов обхода ограничений.

После 21-го пакета вопрос для ЕС уже не только в том, сколько еще санкций он способен ввести против России. Более актуальным становится то, сколько времени понадобится на их введение.